Можно, я не буду придумывать тему?

[etoile_verte]

Сегодня мне снился сон. Он с предысторией, как часто бывает с моими снами, потому придётся рассказать и её.

Как знают некоторые (думаю, мало кто) из вас, осенью 2007-го года у меня умер отец. Я не могу сказать, в каких мы с ним находились отношениях, потому что у нас никогда не было отношений, но я его не любила и даже боле того, и тому были причины. В контексте данного поста имеет смысл лишь то, что да, не любила, и да, не переживала утрату.

Через некоторое время мне снился сон, где я якобы снова приехала в родительский дом, и оказалось, что отец не умер. Или умер, но потом оказалось, что летаргический сон какой. То есть получалось, что всё было, и инсульт, и похороны, но... вот как-то и не было. Сон, что с него взять.

Сегодня мне снова снится, что я там, и отец мой жив, и что я там вполне сознательно. Мир это просто параллельный, и жизнь в нём тоже не райская. И вот проходит время, отцу уже, кажется, 71 год, у него случается приступ, сердцебиение ослабевает, мы с самой проводим срочные реанимационные работы. Она даёт мне прибор, вроде тонометра, и говорит нажимать грушей на грудь пациенту, сильно и часто, и следить, чтобы сердцебиение держалось на отметке 90 (я ещё во сне никак не могла понять, это сердцебиение или всё же давление). Я сперва нажимала слабо, она быстро показала мне, как надо, и я стала работать быстро-быстро, не глядя на шкалу прибора. И посмотрев на неё, когда стрелка была уже в красной зоне и показывала 600. Думаю, вы понимаете, что давление это или сердцебиение — совершенно неважно, когда стрелка показывает 600, и с жизнью это несовместимо.

Я потом спрашивала у мамы, что же это, это я его убила своими руками, она отвечала что-то невнятное, и я вроде бы понимала, что это всё, всё равно бы умер, невзирая ни на какие приборы. У меня было явное ощущение, что да, это я, вместе с одновременным ощущением, что всё равно бы не выжил.

И тогда я выхожу во двор, сижу на старом колесе от грузовика и смотрю на яркий летний день, и ко мне подходит Шу и зовёт на шашлыки, а я говорю ему, вот понимаешь, я совершила невозможное, я пробралась в этот параллельный мир, или даже создала его, и что я получила взамен? Убила, можно сказать, собственными руками. А потом я не помню, мне это сказал Шу, или я сама вдруг поняла, но в реальности он умер в 68 лет от инсульта, здесь в 71 непонятно от чего, возможно, того же, просто быстрее, а в другой реальности мог бы умереть в 45 от инфаркта, как умер Майк Бейкер, о котором я иногда плачу до сих пор. Почему-то меня это утешило, хотя, если подумать, никакого отношения к моим безответственным реанимационным предприятиям не имело, но кто же думает во сне?

Я проснулась с чётким ощущением, что смерть, как любовь или ненависть — это эмоция, что они на одной плоскости стоят, но перед смертью никакая ненависть, антипатия или неприязнь — ничто, ничто, ничто...

Мне не нравится это, это нелогично, что я теперь иногда вспоминаю отца и плачу, ведь я его презирала и считала и считаю плохим человеком, я пишу этот пост сквозь слёзы, и мне очень плохо, но... теперь я понимаю.

Я не любила его за то, каким он жил. Я плачу о том, что он умер.