Как и большинству из нас, мне нравится простор. Нравится, когда много места для чего-нибудь, и нравится, когда его попросту много. В том числе и потому, что вот там в крохотном киоске на пару квадратных метров его отчаянно не хватает, зато полно жвачек и сигарет, а тут — полно, и есть что-то красивое. Из такого навскидку вспоминается Ходынское поле. Надеюсь, оно ещё существует.
Но иногда накатывает, и понимаешь: это всё наносное. А внутри живёт маленькая и древняя-древняя не обезьянка даже, а мышка, и у этой мышки агорафобия, её давит пространство, она хочет в уютную норку, под шкаф или в ящик. Глубокую, узкую, знакомую и слишком маленькую, чтобы в ней могли остаться какие-нибудь неожиданности.
И тогда больше всего на свете хочется забраться в свою родную палатку, единственное собственное жильё, которое у меня есть и наверняка, до покупки новой палатки, будет. Надёжно застегнуть на молнии оба входа, проползти вовнутрь, в небольшую область, где можно сесть прямо. Оглядеться вокруг и сказать себе, что наконец-то дома, и всё страшное позади. Прижать к себе спальник, и чтобы на миг показалось, будто он пахнет свежим сеном и мятой. Забраться в него, застегнуть и затянуть всё, что застёгивается и затягивается, и смотреть в потолок, тонкую и надёжную ткань, защищающую от внешнего мира, дождя и комаров.
Свернуться калачиком и слушать бурю снаружи, улыбаться порывам ветра и потокам дождя, и с уверенностью маленькой мышки знать, что ничего плохого не случится. И спать спокойно, так, как будто в мире не осталось зла.
А ещё, как в детстве, можно сложить на груди руки и сказать: я в домике.
You have no power over me.
no subject
Date: 02/04/2009 12:34 (UTC)no subject
Date: 02/04/2009 12:40 (UTC)