У меня в голове — ветер.
Мощный и порывистый ветер, тот самый, что do it yourself. Лёгкий ветерок внизу склона, в который так удобно изучать обратный старт. Сильный ветер динамика, ветер крайних дней, когда знаешь, что можешь говорить с ним на равных.
Северный ветер, время учеников и быстрых пилотов с носом по ветру, а крылом против ветра. Южный ветер, ветер для всех, время сияющих девушек с фотоаппаратами, множества тандемов и всех, всех, всех. Восточный ветер, ветер голодных и упорных, готовых филигранно расходиться в узкой зоне у памятника. Западный ветер, иначе западло, в который лишь упорный синий фургон с белым верхом срывается с места, в три слоя набитый крыльями и учениками, — на старт, в лягушатник, куда не поедет больше никто, а мы научимся там летать.
Ночной ветер, грозящий перевернуть палатку, имитирующий шаги вокруг, шуршащий травой, размахивающий ветками кустов. Ветер движения, сбивающий слёзы с глаз и слова с языка, заставляющий захлебнуться собственным вдохом неосторожных, высовывающхся в окно на крымских дорогах. Мягкий ветер динамика, когда между тремя и тридцатью — одна секунда, а ведь ещё надо успеть развернуться против ветра.
Против ветра — и вниз, помогая крылу вдохнуть, поскорее глотнуть воздухозаборниками живительный ветер, подняться и вспомнить, зачем же оно рождено на этот свет, и напомнить нам, что никто не рождён ползать. Против ветра — это когда ветер волной плещет в лицо, снизу тянется колючими ветками и сухой травой склон, и надо только знать, что собираешься не падать, а садиться, не бежать, а лететь, не болтаться, а парить.
Мои мысли из ветра. Моя душа улетела, но обещала вернуться, когда ветер подует в обратную сторону.
И нам обеим хорошо там, где мы есть.